Рубрика: Плохие танцоры

Улица компании Иисуса

У любого нормального Тимура должна быть своя команда.

 

Комар и его тимунда.

 

И комары, и тимунды бывают разными. О некоторых слагают саги и поют песни, что особенно хороши, если хором. Ну, там, где «раз дощечка, два дощечка» – и прочие пионерские литургии.

 

В принципе, желание найти своего героя и воспеть о нем сагу, возможно, стало одной из причин создания образов известнейших просветленных людей. То есть, «Мне нужно на кого-нибудь молиться», как пелось в «Песне о муравье» Булата Шалвовича. Или «Как странно то, что затеваю я. Подобие любви создать из жажды…» (БГ) Жажда есть, и надо же ее чем-то наполнить или сымитировать наполнение, если никто не откликается.

 

Очень нужны герои. Мы их сами лепим. Continue reading «Улица компании Иисуса»

Крушение и избавление

Сидишь в крохотном  китайском ресторанчике, никого не трогаешь. Налетает дикий ветер, и тебе становится неуютно. Пиво не так легко льется внутрь, погода испохабила все, что могла. И когда тебе кажется, что вечер безнадежно испорчен, оказывается – нет! Все еще только впереди!

 

На речке неподалеку стоит самоходная баржа с возможностью самовыгрузки. Засыпают им какую-нибудь руду или гравий, подходят они к берегу и как давай струячить этой рудой прямо на берег. Самовыгрузка – это очень удобно. Ленточный конвейер, если кто не видел.

 

Рядом на якоре поперек речки стояла такая баржа. И ветер, налетевший неожиданно, был действительно силен. Баржу сорвало с якоря и понесло на наш ресторанчик. Вечер, конечно же, перестал быть томным и тусклым.

 

С веселыми криками мы наблюдали за тем, как баржа впиндюрилась в ограждение ресторанчика и погнула ему пару стоек для крыши. Баржа отчаянно пыталась удержаться за грунт своими маленькими якорями, честно растопырив их. Но этого было мало. Ее продолжало бить об ресторанчик.

Сидевшие внутри ярко и мощно комментировали происходящее сразу на нескольких языках. Подали еще пива.

Continue reading «Крушение и избавление»

Встречай, родная Намибия…

Друзья, простите за долгое отсутствие…

Простите, вот бывало у вас так, что вам приходилось вынимать занозу из задницы? В прямом смысле?

Вот и я сейчас был занят тем, что вынимал эту штуку из оттуда. Причем заноза длиной 12 метров и диаметром примерно 40 см. А на конце, конечно же, пропеллер, ведь что за праздник без этого? Это, кстати, тот самый, что приходится на каждую хитрую попу.

Вот мы смирно стоим в доке и никого не трогаем. Вдруг нам срочно снимают перо руля…

Continue reading «Встречай, родная Намибия…»

Что вы знаете о стимпанке?

Из всезнающей Вики нашел, что существует масса поджанров этого дела: бойлерпанк, клокпанк, дизельпанк (думаю, это именно то, что мы иногда пытаемся сделать в своих уютных маленьких машинных отделениях), ститчпанк, маннерпанк — и другие труднопроизносимые названия.

Как вам понравится такое украшение гостиницы? Это Луанда, Ангола.

 

 

Это сделано из труб, кусков радиаторов, и прочего чудесного хлама, который в умелых руках художника-сварщика превращается вот в такие скульптуры. Они достаточно большие, пожалуй, с человеческий рост.

Continue reading «Что вы знаете о стимпанке?»

Настоящие морские свиньи

Сейчас в мире полно специальных судов для перевозки скота. Они оборудованы отличными системами автоматической подачи фуража и воды, специальной вентиляцией, помогающими животным не задохнуться, и другими современными ништяками.

Правда, благодаря этой же чудо-вентиляции скотовоз слышно далеко в море. А уж если стоять с ним в одном порту, то очаровательный, режущий глаза запах еще долго будет преследовать вас по ночам, если расстояние до скотовоза меньше полумили.

Но раньше таких удивительных судов было мало. И часто фрахтователь нанимал суда, специально не предназначенные для этих целей. В советское время моряки, работающие на каком-нибудь сухогрузе, могли неожиданно получить свисток на перевозку животных. Коров с быками, или еще более нужных в домашнем хозяйстве овец. А иногда и буйволов.

Буйволы – крупные, сильные, выносливые животные, немного стремные для перевозки морем, поскольку загонять бывает тяжело. И рога у некоторых торчат особенно нагло во все стороны. Длиннорогие какие-то породы. Иногда им рога подстригают (пилой, разумеется), потому что те мешают при их возмужании и перевозке. Еще воняют, конечно, не без того. Потому и называются ласково – скотом. Но в советское время за эту вонь морякам доплачивали. Не всем, конечно, а только тем, кто ухаживал за животными.

Доплата матросам за вонь во время кормежки животных и уборки за ними в начале 80-х годов способна сегодня вызвать лишь истерический смех. А тогда два доллара в день за то, что матрос будет ухаживать за животными, были ему как манна небесная. Инвестирование этих сказочных богатств во вьетнамских фарфоровых слонов, продаваемых в Сингапуре, которые превращались в магнитофонную технику, ввезенную на обратном пути во Вьетнам, а затем в люрекс, часы с сорока мелодиями, пакистанский оникс и очки-слезки из Пальмаса – эти самые два доллара могли несколько раз приумножиться еще до прихода в Союз, а по возвращению принести совершенно невероятную выгоду.

За три дня пути несколько животных могли умереть, это было четко прописано в контракте по перевозке. Допустим, могут умереть три буйвола. Тогда после отхода из порта погрузки палубная команда сразу же бьет одного, и у всех случается барбекю из свежей буйволятины. А за экономию двух неубитых – еще и премию дадут при выгрузке. В общем, всем должно понравиться.

В этом рейсе действительно все нравилось всем, за исключением боцмана. Ему было несколько некомфортно в том рейсе, о чем он не любил потом вспоминать.

Тут наш рассказ и начинается.

Для начала на главной палубе наметили и отделили от стада одинокого смирного буйвола. Матрос Леша набрал буйволиной еды, и стал понемногу выдавать животному. И сделал шаг назад. Животное пошло за ним. Открыли дверь в надстройку. Лёсик подкормил, отошел, бык снова продвинулся вперед. Ускорился немного, бык – за Лёсиком, перешел через комингс.

Буйвола вместе с его рогами аккуратно завели в коридор. Очень боялись, что рога не пройдут – но они проходили в коридоре тютелька в тютельку. Старались не ржать, хотя именно в этот момент почему-то хочется смеяться сильнее всего.

И завели скотинку в каюту дракона, положив перед его мордой достаточное количество импортного комбикорма. И оставили все это там в надежде, что боцман, вернувшись в каюту, оценит шутку по достоинству. Надо отметить, что каюта была узкой, и матрос, заманивший быка в каюту, должен был с трудом выползать сбоку от него, чтобы выйти.

Дракон вернулся не сразу. Ведь всегда после отхода есть работа на палубе – концы швартовые убрать-сложить, крепление палубного груза проверить, посмотреть, как закрыты трюма, включена ли вентиляция трюмов, бо животные там задохнутся. В общем, в своей каюте боцман нескоро появился. И что он увидел, раскрыв дверь?

Вместо привычного убранства своей каюты он увидел огромную задницу импортного крупного и рогатого. Хотя это было не все. Дело в том, что милая зверушка не привыкла долго сдерживаться и опорожнила желудок. Отходы жизнедеятельности буйвола издавали неприятный запах и слегка дымились в кондиционированном воздухе. Увиденное разом лишило боцмана дара родной речи.

Совладав с собой, дракон смог членораздельно (то есть, разделяя каждый член) и громогласно потребовать от скотины выйти. Скотина доверчиво махнула хвостом и выдала очередную порцию отходов. Боцман еще немного поорал в огромную задницу и понял, что пришла пора действовать по-другому, если он не хочет провести ночь на палубе, а назавтра целый день собирать навоз за своим новым четвероногим другом. Он перестал орать на ни в чем не повинную животинку, и стал перебираться поближе к ейной морде, чтобы уже оттуда грозить шведам.

С трудом преодолев рога и встав у морды, боцман получил в награду за упорство бычий выхлоп с невыразимым ароматом съеденного комбикорма и давно не чищенных жевательных зубов. Собрав всю волю в кулак и представив, как он завтра отомстит своим подчиненным пряникам, он стал толкать зверя, чтобы тот попятился назад. Зверь удивился.

Все дело в том, что у буйволов нет задней передачи. Или есть, но они ее включить не могут. Это нехитрое знание пришло к боцману в его ужасающей простоте.

Каждому свое. Кому-то в момент просветления приходит схема строения Вселенной, а кому-то – его шестая симфония. А невыспанному, уставшему дракону пришло понимание кинематического устройства буйвола.

Но развернуть эту тварь на сверхмалом пятачке своей каюты он не мог. И вытолкать не мог. Что делать? Жить теперь с ней?

В это время сзади жизнерадостно свалилась свежая порция дымящихся пряностей. Зверушке казалось, что она на большом поле, полном душистой травы, а не в крохотной каюте советского сухогруза.

Что сказать. Как он все же вывел эту божью тварь из каюты, осталось загадкой. Злые языки утверждали, что с помощью особых заклинаний, известных только боцманам. Возможно, он вышел на палубу, помолился праматери всех боцманов, глядя на звездное небо над Южно-Китайским морем, и сочинил продолжение малого и большого петровских загибов, кто знает? Но наверняка он сделал это с помощью нечистой силы, иногда называемой «энергетическим полем неизвестного происхождения», и появляющейся странным образом возле боцманов и прочих профессионалов крепкого слова.

То ли он научил буйвола включать заднюю, то ли запихал его задом в гальюн, и вывел оттуда лицом вперед – так это и осталось загадкой. Потому как он сам ничего не рассказывал, а подчиненные спросить как-то не решились, деликатно промолчав. Как же ты спросишь, этим ты сразу выдашь себя. А так на крик дракона «Какая из вас это сделала?!» все только округляют глаза. А что случилось? Мы не знаем, ничего особенного не слышали, спали как убитые.

Близкое знакомство с животным миром не прошло для боцмана даром. Он перестал любить животных размером больше хомячка, или, на худой конец, морской свиньи. Которая, как известно, не имеет ничего общего ни с морем, ни со свиньями.

В отличие от матросов, которые еще долго прыскали смехом, как малые дети, стоило боцману появиться рядом.

Письмецо в конверте

А в Анголе, а в Анголе,
В охренительной глуши,
Проживает дядя Толя –
Инженер моей души.

(Народное творчество)

В данном случае дядя Толя звался Уильямом, хотя предпочитал, чтобы все его звали как-нибудь проще – например, просто Билл. Ну, если честно, не просто Билл, а «мистер Билл». Он ведь был представителем компании «Шеврон» на одной из нефтяных платформ, работавших на севере Анголы, в Малонго.

На каждой нефтяной платформе, или на каждом судне, что сверлит грунт в надежде добыть нефть или газ – на каждой подобной инсталляции обязательно есть представитель чартера. Той компании, которая хочет четко знать, куда именно идут дикие деньги, которые она платит. Этот человек и руководит заведением.

Платформы и дрил-шипы (дословно – сверлильные суда) могут стоить чартеру от пятидесяти до нескольких сот тысяч долларов в день. Где деньги, Зин?

BBLT

Чартер – это монстр вроде «Шеврона», «Тотала», «Esso», «British Petroleum». А сами платформы могут принадлежать кому угодно – например, компании «Transocean». В фильме «Глубоководный горизонт» показано, что, хотя платформа “Deepwater Horizon” принадлежит компании «Transocean», на самом деле руководит ей представитель чартера – компании «BP». Они оплачивают музыку и танцуют всех.

Вот на одной из подобных инсталляций и коротал рабочее время наш герой.

Конечно же, для такой ответственной работы нанимают самых ответственных и лояльных работников. Ум, честь и совесть, все такое. Железный отбор.

И вот на одной из платформ и работал ответственным руководителем мистер Билли. Годами все шло хорошо. Работа непыльная – 28 дней на вышке в Анголе, 28 дней отпуск дома в Штатах, с женой и детишками, деньги платят немалые. Вроде живи – не тужи.

Но однажды солнечным африканским днем Билл вспомнил, что давно не шептал своей жене теплых слов. А ведь это плохой фен-шуй. Надо исправляться.

И тут же воплотил задуманное. Отправил ей письмо с волшебными словами, которые копились в нем уже три недели – скоро отпуск. Жена ответила мгновенно – технологии третьего тысячелетия, электронная почта есть в каждом телефоне– и в ответном послании игриво намекала на то, как они развлекутся по приезду.

«А ты точно обо мне думаешь?» – под конец спросила она, виртуально надув губки.

Обычное дело, надо несколько раз в день говорить одни и те же слова о любви, десятилетия подряд – но чтобы как-то по-разному звучало.

Билл был парубком моторным. Он закрыл свой офис изнутри, снял штаны и привел в боевое состояние свой срамной отросток. Сфоткал его, забацал новое письмо и прикрепил фотку. Написал в теме: «Видишь, я действительно думаю о тебе».

Он представил, как приятно супруге будет получить этот месседж.

«Шалун», – подумает она и поведет плечиком.

«Романтика!» – подумал он.

И нажал «отправить».

Назавтра его вызвали в контору на берегу. Катером доехал быстро. Подходя по коридору к кабинету начальства, он увидел на стене, среди объявлений… свое последнее объяснение в любви, распечатанное в красках. Письмо, член, все честь по чести, все до мельчайших деталей. Все проходящие останавливались, вдумчиво рассматривали и осуждающе ржали во весь голос.

Что сказать. Он работал в компании «Шеврон», где айтишный отдел знает не просто ваш трафик. Он знает, сколько раз в день ты кликнул на рабочем столе правой и левой мышкой, и в каком месте.

Использование собственности компании строжайше запрещено в личных целях. Если бы Билл послал бы воздушный поцелуй со своего компа и по своей почте – да сколько влезет. Но он воспользовался для любовных посланий компьютером и сетью, предоставленными «Шевроном» и являющимся их собственностью.

Ему все это напомнили – и выперли с дичайшим треском, чтоб другим неповадно. Полетел домой.

Приехав из аэропорта, Билл взойдет на родимое крыльцо. Хлопнув дверью с москитной сеткой, навстречу выбежит любимая. Она все глаза проглядела, смотря на дорогу, ожидая его приезда из далекой и опасной заморской поездки. На ее лице он увидит набежавшие слезы радости.

Поставив чемодан на плотно подогнанные и хорошо покрашенные доски крыльца, он проникновенно скажет ей:

– Видишь, дорогая, как сильна моя любовь. Мне бесконечно важно было сказать тебе о своих чувствах. Но, к сожалению, наше черствое, бездушное руководство не оценило мой поступок и нашу любовь, и уволило меня к херам. Но ведь это не важно! Потому что я люблю тебя!

Она бросится к нему на шею, завалит его на бок и проорет ему в ухо:

– Ты охренел? Чем мы будем платить по кредиту за дом?! Где еще ты найдешь работу за 120 тысяч долларов в год, ни хрена не делая? Говорила моя мама – не выходи замуж за него, хлебнешь ты с ним горя, он же бездарь, ничего не умеет…

Приятный звук ее голоса будет подниматься выше их крыльца и дома, полетит над уютной церквушкой, где они когда-то венчались, взлетит ввысь над небольшим городком Корпус Кристи, что в Техасе, и затихнет вдали над раскаленной пустыней.

Помывочная, или секреты африканской чистоты

Небольшой отель, где нас, моряков, поселили, располагался на узкой косе, обнимающей бухту Луанды. То есть, из любого окна – если оно у вас, конечно, есть – виден был бы океан и прилагающиеся к нему радости в виде судов на рейде и прочего песка на пляже.

 

Мне, конечно же, дали номер без окна, чтобы я своим адским храпом не пугал пролетающих чаек. Только редкие уборщики шарахались в сторону, забредая в мой узкий девичий коридор.

 

Пешие прогулки по косе, как ныне принято говорить, доставляют. Вот пара крохотных картинок с нашей ангольской выставки.

Кафешка на краю косы

Continue reading «Помывочная, или секреты африканской чистоты»

Йога для плавсостава

Есть люди, неожиданно вспоминающие о своем здоровье, когда оно уже, казалось, утрачено навсегда. Бросают вредные привычки, морально устаревших жен, заводят модных собак, чтобы с ними гулять, и при разговоре пытаются рассказать вам новости о буряковой диете.

 

Палыч, неприятный тип со склочным характером, работавшим капитаном небольшого буксира в Дунайском пароходстве, был именно таким. Всю жизнь о внутренностях старался не вспоминать, но к полтиннику ливер напомнил о себе сам. Стал в больницах частым гостем, то одно из него высыпалось, то другое.

Continue reading «Йога для плавсостава»

Нехорошая каюта

В первый раз Андрюша стал настоящим моряком в апреле 93-го года. Он ехал из Мариуполя в Одессу на «Камазе», внутри которого был гроб. Это был гроб чувака, которого как раз и должен был поменять Андрей.

 

Внутри «Камаза» было на удивление чисто. В кабине не пахло прошлогодним раздавленным салом и чужими носками. Водитель был свеж, умыт, смешно шевелил густыми усами, травил приличные анекдоты и рассказывал жизненные истории, к примеру, как правильно давить сок из берез.

Continue reading «Нехорошая каюта»

Надувные моряки

Однажды к нам на пароход привезли погостить Старшего Механика. Судно, предназначенное для него, еще не дошло к нам из другого порта, и чтобы он не хулиганил на улице, его запассажирили к нам. Как только его крейсер подойдет, мы, конечно же, его отдали бы им с оказанием воинских почестей.

 

Звали его Сергеем. «Просто Сергей, не люблю отчеств» – сказал он, хотя на импортном флоте как-то не принято обращаться еще и по отчеству. Был он важен и серьезен. Весомо проходил по коридорам на камбуз и иногда обратно. Не улыбался – что вы хотите, целый стармех! Положение обязывает.

 

Вот у многих, в том числе у меня, так не получается: я ржу над всем, что меня окружает, плюс немного над собой. Веду себя, как ребенок, хотя скоро стукнет полтинником. Та еще будет история — если доживу, конечно. Что поделать, я – неправильный стармех. А это приехал стармех с большой серьезной буквы «С».

Continue reading «Надувные моряки»